Хорошие газеты
Быть добру Международная газета
"Быть добру"


Газета Родовое поместье Международная газета
"Родовое поместье"

Подписаться на рассылку
Подпишись на рассылку "Быть добру"
Рассылка о хороших событиях,
интересных мероприятиях
и полезных объявлениях.

Рассылка группы Google "Быть добру"
Электронная почта (введите ваш e-mail):

Рассылка Subscribe.Ru "Быть добру"
Подписаться письмом











Группы








Загрузка...












Любовь

Шёл 1998 год. Я уже восемь лет жил в Израиле. Делал фильмы. Всё время судорожно искал, где бы подзаработать. Не брезговал и выборами.
И тут в руки мне попадается дневник. Читаю. И не могу остановиться. Тут вокруг бушуют страсти, сталкиваются лидеры, самое время зарабатывать деньги, а я лежу на диване, отключив телефон и плачу.
Пишет 12-тилетняя девочка Маут 24-х летнему Герману.
 «Увидеть тебя!», - пишет, - «быть всё время рядом!.. Не могу и дня прожить, что бы не думать о тебе… только ты держишь меня на этом свете… живу тобой… и тем единственным поцелуем…».
Я чувствовал себя неловко, заглядывая в чужую жизнь, но не мог остановиться.
Дело в том, что дневник этот был датирован 1941-1943 годами.
И вела его Маут в концлагере.
Подруг её увозили в Освенцим, и они уже не возвращались никогда, другие кончали собой, отчаившись, а она, Маут, писала и писала своему любимому Герману. И только благодаря этому и выжила. Ухватилась за эту искорку любви, и держалась за неё изо всех сил.
Пока в 1943 году Германа не отправили в лагерь уничтожения, в Треблинку.
Она думала, что не выживет.
Но выжила.
Дневник этот мне подкинула Лена Макарова, - писатель и друг. Я завёлся. Тут же появился продюсер, - лучший продюсер в моей жизни, - Сюзанна. Неимоверно быстро Лена сварганила заявку, быстро получили первые деньги из фонда, небольшие, но всё-таки.
И пошли к Маут домой. Я нервничал. Боялся, а вдруг откажется сниматься.
Приходим. Встречает нас женщина с таким милым детским лицом.
Начинаю говорить с ней.
Улыбается, но абсолютно закрыта.
Приветлива, но это всё очень внешнее.
Рассказывает, но не так, как я хотел бы.
В общем, всё плохо.
Решаю брать её «измором». За 3 дня я «выливаю» всю плёнку, сидя напротив неё.
(это называется - съёмка на привыкание) Плёнка дорогая, - это всё наши деньги.
В конце третьего дня, к вечеру, она раскрывается.
Вдруг приходит доверие.
Вдруг она понимает, что я не ищу дешёвку.
И мы становимся друзьями.
И она становится прежней Маут.
Смеётся, да так звонко, как та, Маут, 12-тилетняя. Плачет. Тоскует. Поёт. Говорит с ним, с Германом, как будто он сидит здесь, рядом с ней.
И уже не обращает никакого внимание на камеру.
Так начинается наш с ней кинороман…
Тем временем, деньги заканчиваются. Но великая Сюзанна выбивает нам поездку «по лагерям уничтожения», по которым прошли Маут и Герман. Едем в Чехию и Польшу. Группа малипусенькая. Я, Фима – звукач, Лена Макарова, Иржи – чешский оператор, и, конечно, Маут.
Едем… снимаем…
Маут на моих глазах, проживает снова этот роман…
И снова я понимаю, не будь этой любви, не было бы Маут.
Так подходит наш последний съёмочный день (так мы думали).
Снимаем на кладбище. Маленький чешский городок Простьев.
На камне выбиты фамилии погибших и не вернувшихся.
Маут объясняет нам, - эта погибла там-то, этот там-то, этот был адвокатом и вся семья его не вернулась. А это Герман, - говорит она. Я спрашиваю, - Твой, Герман?… - Да, мой Герман, - отвечает… И тут, что-то меня подталкивает, и я спрашиваю дальше, - Но были же такие случаи, - спрашиваю, - когда считали людей погибшими, а они выжили? Она говорит, - были. – И добавляет, - Вот например, Вальтер Бреслер, вот здесь написано, что он погиб, а он вернулся… живой…
Тогда я спрашиваю, - А что написал тебе Герман в последнем письме? Она смотрит на меня…и вдруг отвечает, - Он написал, из поезда уже, когда его увозили в Треблинку… - Что? – спрашиваю. - Он написал, - Она вдруг говорит медленно и даже удивлённо, - Что будет ждать меня после войны, в Берлине, по адресу «Арвайлештрассе 3». И тогда я снова спрашиваю её, - А ты была там после войны? – Нет, - говорит и запинается… И смотрит на меня. - Не была.
В общем, что вам говорить, мы думали, что это наш последний съёмочный день. Деньги практически закончились…
Но мы не могли так уехать.
И вот мы на последние деньги едем в Берлин…
Приезжаем. Находим эту улицу.
И я прошу Маут идти по улице к дому… Ещё и не знаю, есть ли этот дом вообще. Специально не проверяю.
А оператора прошу снимать всё время… И не промахнуться, потому что будет один дубль…
И вот она идёт.
Она идёт, еле дышит…к ней вдруг возвращается надежда… К ней, уже замужней, 70-тилетней, с тремя детьми, восемью внуками, вдруг возвращается надежда. А вдруг он там… и он ждёт её всё это время.
Она идёт, как на ватных ногах… Каждый шаг, - ещё большая надежда.
И мы страшно переживаем за неё. Идём за ней.
И дрожащий оператор снимает, как в последний раз…
И вот она приближается к этому дому… к этому подъезду… и вот он список квартир… и вот уже её палец зависает над кнопкой… сейчас она позвонит…
И может быть он откроет ей дверь, её Герман…
Это почти конец фильма. Такие очень долгие кадры замедленной съёмки.
Ожидания чуда…
…Которое, конечно, не происходит.
Германа убили в Треблинке.
Но мы очень надеялись. До последнего мгновения. А вдруг он выжил.
Этот фильм взял несколько хороших фестивалей, включая нью-йоркский…
Но запомнился мне маленький, еле заметный фестиваль в Греции, в Каламате.
Время было антиизраильское. Все газеты против нас. Мне в открытую говорят, как нас не любят. Спрашивают, - для чего приехал?!.. (забегая вперёд скажу, - первый приз получил Иранский фильм, второй – фильм Палестинской автономии… ну и далее, в том же роде).
И вот показывают наш фильм.
Кто-то демонстративно выходит ещё до показа.
Я не жду победы. Но смотрю, как реагируют.
И вижу, что делает «любовь» с людьми.
Настроенные абсолютно анти, поначалу разговаривающие полушёпотом и вслух, они вдруг начинают смотреть… вдруг слушают… вдруг перестают шевелиться… вдруг не могут оторвать взгляда, когда Маут бежит по улице, чтобы увидеть Германа в последний раз… и потом, когда идёт вся эта концовка с её проходом по Берлину, с этим ожиданием чуда… это их просто сшибает… и вот уже кто-то плачет в зале…
И я понимаю, что есть то, что объединяет всех. Есть!
И для этого только я и пишу, чтобы сказать это ещё раз.
Любовь.
Банально, но это так.
Я говорю сейчас не о любви между нами, которая насквозь эгоистична.
А о Любви, которая над нами. Вокруг нас.
Я говорю о Законе Любви, который держит этот несчастный мир.
Держит в прямом смысле слова.
Наша земная любовь, - она только маленькое свечение той Любви, которая окутывает всё мироздание. Как мать ребёнка. Все мы внутри этой матери.
Нам бы захотеть только приблизиться к Ней.
Мы бы массу проблем так решили.
Поймём это, придёт новая пора.
А с Маут мы большие друзья. Она была на многих моих премьерах. И на свадьбе сына. Давно не звонил ей. Ей уже за 80-т. Написал и понял, что стосковался. Позвоню ей обязательно.
 
Блог Семёна Винокура http://blog-vinokur.livejournal.com/11215.html

--- Подпишись на рассылку "Быть добру"... --- --- Информационная политика газеты... ---

--- Приобрести экотовары "Быть добру"... ---

Поделиться в соц. сетях

Нравится





Загрузка...




Copyright 2006-2017 © Международная газета "Родная газета"
Информационная политика международной газеты «Родная газета» http://gazeta.rodnaya.info/o-gazete/#anchor164
Копирование материалов приветствуется. Будем благодарны за ссылку на наш сайт.
Ответственность за содержание информации несёт её автор.
Разработка сайта http://devep.ru